На главную фильмы о Вампирах, книги о Вампирах, форум о Вампирах, как стать Вампиром, существуют ли Вампиры, Вампиры фото, Вампиры игры, Вампиры в кино, Вампиры в литературе


Вверх Вниз
  |Романы|Рассказы|Статьи|Творчество|
Маслов Илья
Верховный правитель

Посв. Карине (Жрице Хаоса)
  
   Великая Война так и не закончилась...
  
   Когда над Россией взвилось к небу кровавое знамя большевизма, и она заключила сепаратный мир с Центральными Державами, это означало лишь затишье перед бурей. В то самое время, когда немецкие штурмовые батальоны при поддержке новейших танков и тяжелой артиллерии рвались к Парижу, как и три года назад, созданная коммунистами едва ли не с нуля Красная Армия перешла границы Польши, Финляндии и Украины, вторглась на Кавказ и на территорию "Монгольской Империи" барона Унгерна фон Штернберга. Предотвратив гражданскую войну скорой расправой над всеми заметными противниками, революционное правительство взялось за исполнение своего обещания "разжечь пожар мировой". Одновременно по всей Европе запылали восстания "левых". Антанта, Центральные Державы и бывшие нейтралы были вынуждены наскоро заключить антикоммунистический союз и вместе противостоять угрозе.
   Сначала успех сопутствовал Красной Армии. Берлин, Будапешт, Вена, Варшава и Копенгаген были превращены в руины, а Рим захвачен анархо-коммунистами под предводительством ярого почитателя мексиканских леваков Бенито Муссолини. Однако при поддержке экспедиционных сил САСШ советское наступление удалось остановить. Постепенно антикоммунистический блок начал пядь за пядью отбирать захваченные Красной Армией территории, но когда бои снова шли на территории Германии и Венгрии, просоветские революционеры раскололи САСШ, захватили власть в ряде латиноамериканских государств и в Ирландии. Антикоммунистический блок в Западном полушарии был теперь представлен южными штатами САСШ и частью латиноамериканских государств, где у власти находились военные.
   Война превратилась в позиционную. Она была куда более напряженной, чем прежнее противостояние Антанты и Центральных Держав: каждая сторона знала, что стоит ей допустить малейший просчет, и враг не пощадит ее. Наука и производство не только стояли на месте, но и заметно начали отставать по сравнению с 1914-1918 годами. Вместо массового производства танков и авиации основное внимание уделялось тяжелой артиллерии, огнеметов и химического оружия. На поле боя вернулись ландскнехты и рыцари - теперь пехота и кавалерии носили такие тяжелые доспехи, что даже плотный пулеметный огонь, ранее бывший главной опасностью для атакующих, был бессилен значительно опустошить их медленно приближающиеся ряды. Антикоммунистический блок также страдал от политических неурядиц: смерть или отставка каждого из крупных политиков выливалась в уличные беспорядки и неповиновение солдат, которые не верили, что победа в этой войне что-то им принесет, но зато были в массе убеждены, что коммунисты намереваются освободить неимущие классы от всякого гнета. С противоположной же стороны ничего подобного не происходило, как будто Ленин был бессмертен или его смерть мастерски скрывалась от народных масс. В то же время от разведчиков было известно, что смерть главы Советской России означала бы великую смуту, потому что ни один из видных коммунистов не был настолько харизматичен, как Ленин, кроме того, за право быть продолжателем его дела наверняка началась бы борьба.
   Так продолжалось долгие годы, перетекавшие в десятилетия. Дети и внуки сменяли отцов и дедов у станков, на полях и в окопах этого застывшего мира, военные проводили масштабные операции, дипломаты собирались за столами переговоров, шпионы похищали документы государственной важности, но линия фронта никогда не сдвигалась более, чем на несколько десятков километров - сначала в одну сторону, а затем - обратно.
   И только один человек мог, наконец, изменить хоть что-то.
  
   Андрей Штеллер был внуком пленного русского офицера и немки. Дед был идейным русским патриотом, но когда в России захватили власть коммунисты, он решил сражаться против них в армии бывшего врага - кайзера. С пониманием того, что конец войны он вряд ли увидит, пришла решимость завести семью. Женившись на дочери своего непосредственного командира Альбрехта Штеллера, дед Андрея положил начало семейной традиции: сохранять германскую фамилию, но называть детей русскими именами, хотя в тех условиях это и могло быть расценено как симпатия к коммунистам.
   Отец Андрея был кавалерийским офицером и командовал отрядом "штурмриттеров" - тяжелой кавалерии, которая помимо брони для всадника и коня и винтовок с разрывными пулями была вооружена различным оружием для ближнего боя - от пик до палашей, палиц и даже кастетов. Но сам Андрей, не веривший в способность армии что-то изменить, избрал для себя иной путь - путь разведчика. После нескольких успешных диверсий, проведенных в глубоком советском тылу под его непосредственным руководством, молодого специалиста заметило командование антикоммунистического блока. Тогда-то он и был посвящен в детали проекта, призванного подорвать Советскую Россию изнутри. Новейшее изобретение, над которым работали лучшие умы Европы, шлем "Мимикрон-1", позволял не только генерировать то, что Герберт Уэллс называл голограммой, но и изменять ее по своему желанию, для чего было нужно лишь заснять, как на пленку, с разных ракурсов того человека, облик которого должна повторять голограмма. Подобная идеальная маскировка должна была помочь Андрею Штеллеру проникнуть в цитадель верховного правителя Советской России, и или обнаружить обман о том, что "Ленин и теперь живее всех живых", или уничтожить ту дряхлую развалину, которая силой одного своего имени сдерживает грызню своих соратников за власть.
   Операция по устранению Марка-Мордехая Сквеживольского, пришедшего на смену Феликсу Дзержинскому в качестве руководителя исполнительно-карательных органов, стала блестящей страницей в истории военной разведки антикоммунистического блока. Во время инспекции им передовых позиций Красной Армии на предмет контрреволюционных настроений его место занял Андрей Штеллер в "Мимикроне-1", а сам Сквеживольский был вывезен в Париж и тайно повешен. Теперь путь разведчика лежал в Москву. Трудно было верить в возможность вернуться оттуда живым, но так или иначе, а приказ должен был быть выполнен.
   Столица Советской России поразила Андрея своей циклопической архитектурой, в которой смешались американские небоскребы и зиккураты Древнего Востока, увенчанные красными звездами, серпами и молотами, а также какими-то неизвестными разведчику символами. Штеллер вспомнил слухи о том, что за коммунистической идеологией и большевизмом стоит оккультная секта. То, что он видел, и в самом деле наводило на мысль о подобном, и Андрей, стопроцентный сциентист, спросил себя - как дремучие фанатики смогли столько десятилетий угрожать Западу, оплоту научного мышления и свободомыслия?
   Автомобиль вез его по пустынным, словно вымершим улицам к Дворцу Советов - зиккурату, увенчанному исполинской статуей Ленина, в голове которой помещалась огневая точка для обстрела на 360 градусов. Однако разведчик хорошо знал: устремленные ввысь зиккурат и статуя, пронизанные коридорами со множеством дверей - лишь фикция. Настоящий "дом советов" расположен под землей, в разветвленной системе бункеров и переходов, скрывавших нечто неведомое.
  
   -Да здравствует коммунизм!
   Оба охранника входа в подземные переходы вытянулись перед ним в струнку:
   -Служим Мировой Революции!
   Тяжелые створки не распахнулись, а медленно разъехались в стороны. Штеллер уже собирался пройти, как один из часовых осмелился заговорить:
   -Товарищ Сквеживольский, а нам распоряжения не поступало...
   Разведчик развернулся к охраннику и безмолвно смерил его взглядом. Тот побледнел, и тогда Андрей выдавил сквозь зубы, мастерски изображая нетерпение и раздражение:
   -Дело государственной важности! Еще вопросы?
   Не дожидаясь ответа, он шагнул в проем, и двери сомкнулись за разведчиком.
   Подземные переходы поразили его своей запущенностью. Да, западные военачальники и политики также немало времени проводили под землей, но в их бункерах всегда было чисто, а в недрах Дворца Советов клочьями висела паутина, многолетним слоем лежала пыль, а под стенами лежала кирпичная крошка, словно их время от времени кто-то старательно царапал железом. Люди, изредка попадавшиеся на пути Штеллеру, не говоря ни слова, поднимали руку в знак приветствия и снова исчезали в темноте. Разведчик отметил их бледность и какой-то безумный блеск в глазах. Несколько же коридоров явно были заброшены не первое десятилетие, попадались и заложенные кирпичами дверные проемы. Несколько раз Андрею казалось, что он слышит далекое бормотание, полузадушенные хрипы и тяжелые шаги, но он не прислушивался, считая, что это галлюцинации, вызванные непривычной обстановкой.
   Долгое время его поиски не увенчивались успехом. Но вот он обнаружил одинокий коридор без единой двери, шедший под небольшим уклоном вниз. Судя по всему, если сюда и приходили люди, то очень редко. Кроме того, Штеллер был вынужден включить фонарик - видимо, те, кто пользовался данным коридором, считали свет ненужной роскошью. Держа единственный источник света в левой руке, правую разведчик опустил в карман, в котором лежал револьвер. Странный запах, сродни запаху гниения, висел под низким сводом.
   Коридор оборвался, и свет фонарика уперся во влажную кирпичную кладку. Тут же слева раздался звук, источником которого явно было нечто живое, однако природу его было невозможно определить. Штеллер повернулся на него, и луч света отразился в паре холодных глаз на серо-зеленоватом лице трупа, начинающего разлагаться. Но этот труп стоял, более того - смотрел, не отрываясь, на незваного гостя своих катакомб. Наконец, он открыл рот, и с бледных губ снова сорвался чавкающий звук, родившийся в недрах тронутого гниением тела. Сверхъестественным усилием воли подавив крик, Штеллер нажал на курок, и прямо сквозь ткань кармана выстрелил в дьявольского жителя подземелья. Тот пошатнулся, но устоял, и сделал шаг вперед. Тогда разведчик вытащил револьвер из кармана и принялся, вытянув руку, всаживать пулю за пулей в приближающийся кошмар. Наконец, пуля угодила прямо в лоб живого мертвеца, и он, сбитый с ног, так и остался неподвижно лежать на влажном полу подземелья.
   Штеллер осторожно приблизился к лежащему и наклонился над ним, одновременно целясь из револьвера и светя фонариком. Теперь он узнал в обитателе подземелья того самого верховного правителя Советской России, циклопическая статуя которого венчает где-то наверху Дом Советов. Ленин и в самом деле был "живее всех живых", хотя сам не принадлежал к этим живым, и скорее всего - давно. Хотя сила, поддерживающая его в состоянии "не-жизни", не в силах была полностью прекратить естественные процессы распада мертвой ткани, она замедлила их в десятки, если не сотни раз. Штеллер поморщился от отвращения... и вдруг поймал на себе по-прежнему осмысленный взгляд глаз того, кто теперь-то уж точно был мертвецом, таким же, как любой другой покойник.
   Разведчик хотел выстрелить, хотел сделать шаг назад или хотя бы закричать, но у него ничего не вышло. Нечто невыразимо древнее, куда более древнее, чем труп "вождя революции", присутствовало здесь, и это нечто, готовившееся принять свой истинный облик, завладело волей Штеллера. Во взгляде мертвеца Андрей за считанные секунды увидел столь многое, что едва не лишился рассудка и без всяких иных действий неведомого противника. Словно своей кожей, он ощутил холод космических бездн вокруг умерших планет, мрак которых поглощает всякий свет, не становясь светлее. Разведчику стали ведомы сокровенные недра зиккуратов Шумера и Майапана, храмов Лараффы и пирамид Кема, он вспомнил войны с альхадарами и людьми Вриль-Я на землях континента, давно ушедшего в волны Океана... А потом что-то раздвинуло изнутри рот мертвеца, и вырвавшиеся оттуда щупальца вцепились в лицо, горло, грудь Штеллера, впиваясь всеми своими присосками и медленно перетекая внутрь еще живого тела.
  
   Привыкнув к новому телу, молодому и сохранившему все свои естественные биологические функции, Верховный Правитель снял с головы загадочный шлем и повертел его в руках. Да, благодаря слепоте и самоуверенности его врагов, переселение произошло несколько раньше запланированного срока. Зато теперь в его власти оказалось это ценнейшее средство маскировки, и он уж заставит ученых этой страны наладить массовое производство таких шлемов! Жаль, что сам он не может покинуть подземелье и самостоятельно сражаться с врагами, как много тысячелетий назад, в Валузии...
   До того мига, когда он вновь обретет прежнюю силу и перестанет страшиться лучей Шамаша-Солнца, еще так долго ждать... Понадобится еще так много жертв, так много крови и страданий этого жалкого двуногого племени, выродившегося за время абсолютной власти над планетой!
   Син поднял лицо к сводам подземелья и испустил беззвучный зов, который мог быть зафиксирован лишь новейшей техникой или людьми с особенными врожденными способностями. Он звал тех, кому он отдаст шлем и прикажет унести прежнее собственное тело, тех, кто принадлежал к древней расе, с незапамятных времен прославлявшей Бога Луны, Бога-Вампира, ходя среди народов земли и живя за их счет.
   Он выиграет эту войну. В тот час, когда придет время восстать из-под земли в своем истинном облике, на земле не будет иных Верховных Правителей, кроме него.

:: Вернуться к списку ::